Амелл – человек-маг.
Если объективно смотреть на вещи, то Амелл совсем не подходил на роль спасителя человечества. Да и на героя, в принципе. Он был самым обычным магом – куча теоретических знаний ни разу не примененных на практике, вбитая в мозг привычка уважать Церковь и холеные руки, ни разу не державшие меч или любое другое оружие.
Но события, словно фишки домино, цеплялись одно за другое и совсем не спрашивали Амелла. Например, появление Серого Стража Дункана сразу после Истязания, или такое своевременное признание Йована и Лили, или… Амелл старается не думать об этом. Он вовсе не герой, он – самый обычный Серый Страж и отряд у него тоже самый что ни на есть обычный – воин-кунари, ведьма Диких Земель, бастард, бард-послушница и наемный убийца, делающий странные намеки. Единственными нормальными представителями отряда были лишь пьяница-гном и Винн – чародейка Круга лишь немногим уступающая Ирвингу.
Если хорошо подумать, то все началось не с приезда Дункана и даже не с Истязания, а с Йована. Точнее с одного из разговоров…
« - Амелл, дай списать… - Йован шутливо бьет локтем друга по ребрам и тут же огребает по макушке свитком.
- Йован! – младший маг поджимает губы и сводит брови, стараясь выглядеть строго. Но у Йована такое преувеличенно-расстроенное выражение лица, что Амелл фыркает и заходится в хохоте, закрывая левой ладонью глаза. – Ты невозможен…
- А то! Я вообще герой! – второй маг шепчет это тихо, чтобы не услышал один из Старших магов, контролирующий учеников в библиотеке.
- Герой-герой, только у меня все задания списываешь… А потом, имея отличные отметки по теории магии на практике не можешь даже стакан воды заморозить, - Амелл фыркает, умудряясь говорить едва ли в голос и не привлекать к себе внимания учителей.
- Да кому нужна эта зубрежка… - Йован досадливо дергает плечом, но тут же улыбается. Только с примесью неясной горечи.
- Ага, ни зубрежка тебе не нужна, ни практика, и вообще, Круг не нужен! – Амелл смеется своей же шутке, не замечая как друг внимательно в него вглядывается, словно пытается понять сколько процентов шутки было в его шутке, а сколько было искреннего совета.